Именно 10-го августа отправлялся в Ялту пароход с лучшим одесским обществом, и мы заняли на нем место. Между тем каждый из нас занимался учеными исканиями, составлявшими цель нашего путешествия. Мои товарищи изучали почву Одессы, зоологию окрестной страны и ее флору. Раффе обогащал свой портфель, срисовывая народные сцены, происходившие перед его глазами. Он наполнял свою коллекцию, и без того уже богатую, изображениями евреев-караимов, молдаван, турок, малороссиян и коренных русских; он не забыл и характерной бороды русского мужичка. Я, с моей стороны, собирал и приводил в порядок разные замечания о Новороссийском крае вообще и, в особенности об Одессе, история которой еще так недавно началась, что о постепенном развитии и распространении города многое и теперь еще можно узнать из уст его жителей. Все это мне необходимо было изучать, потому что иначе я не мог бы дать себе удовлетворительного отчета о причинах, вследствие которых благосостояние Одессы развилось так быстро, что изумило всю Европу. Притом без подобного изучения нельзя также угадать, каким образом новый город успел воспользоваться благоприятными для него обстоятельствами; нельзя, наконец, определить, какая судьба ожидает эту прекрасную колонию, уже теперь заслужившую имя черноморской Марсели и действительно представляющую во многих отношениях некоторое сходство с древней фокейской колонией. Вот исследования, которыми я занялся прежде всего. На мысе, где теперь возвышается одесская крепость и здания лазарета, принадлежащего к прекраснейшим в Европе, незадолго перед началом [258] нынешнего столетия еще существовала турецкая крепость, господствовавшая над морем и степью, называвшаяся Хаджи-Бей. В ней обыкновенно жил паша, высылаемый от Порты для управления этой пустынной крепостью, которая лепилась на горе, как гнездо ласточки. Лит.: А.Н. Демидов и его «Путешествие в Южную Россию и Крым в 1837 году».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*