Польза от скрытых под землей древних руин в их «методических», или, как мы сейчас говорим, систематических и планомерных раскопках. И хотя до подобных исследований еще без малого столетие, столь серьезное отношение к памятникам следует считать важнейшим итогом путешествия И. М. Муравьева-Апостола по Крыму. По-видимому, это и определило успех его книги в России и за рубежом: «Путешествие по Тавриде...» было переведено на немецкий и итальянский языки и издано в Берлине и Неаполе. Необходимость археологических раскопок была очевидной для многих современников И. М. Муравьева-Апостола. Эта мысль сквозит и в письме Александра Сергеевича Пушкина, который оказался в Керчи проездом и который делился своими впечатлениями с братом (хорошо известное в пушкиноведении письмо от 24 сентября 1820 г.). Поэт взбирается на гору, господствующую над городом, в надежде увидеть «следы Пантикапеи» и развалины Митридатова гроба», однако его ждет разочарование. Он пишет: «Ряды камней, ров, почти сравнявшийся с землею,— вот все, что осталось от Пантикапеи». И далее: «Нет сомнения, что много драгоценного скрывается под землею, насыпанной веками». Надо сказать, что к тому времени, когда И. М. Муравьев-Апостол и А. С. Пушкин посетили Керчь, работа по изучению боспорских памятников уже началась. И Муравьев-Апостол не мог этого не заметить. Сетуя на то, что по всему югу II особенно в Ольвии местные жители производят грабительские раскопки, ведущие к уничтожению памятников, он отмечает, что в Керчи дела обстоят несколько лучше. «Здесь... не всякий может взять заступ: идти копать могилы». Факт, заслуживающий особого внимания: раскопками ведает ученый. «Исключительное на это право принадлежит г. Дю-Брюксу; и то еще хорошо, что раскапывают курганы с осторожностью». Упомянутый Муравьевым-Апостолом «г. Дю-Брюкс» уже десять лет как жил в Керчи. В его доме путешественник остановился, вместе с ним совершил поездку по Керченскому полуострову. Многое о местных древностях автор «Путешествия...» узнал, несомненно, от своего попутчика — ученого, который первым приступил к систематическому изучению боспорских памятников. Детально обследовав остатки античных городов, он произвел их точные обмеры и дал подробное описание всех видимых на поверхности строительных остатков. Это были, помимо Пантикапея, еще семь городищ: Мирмекий, Нимфей, Парфений, Порфмий, Китей, Киммерик, Акра. Дюбрюкс*(* Пишут фамилию цо-разному — через дефис и слитно. Более распространено слитное написание.) сделал обоснованные попытки установить, как назывались они в древности, то есть локализовать их по античным источникам. Не обошлось, конечно, без ошибок. К примеру, Дюбрюкс открыл в 16 верстах (около 18 км) от Керчи превосходной сохранности городище, определив его как укрепленный дворец или замок боспорских царей. Иван Павлович Бларамберг, видный знаток античных древностей, с которым Дюбрюкс нередко проводил совместные изыскания, предположил, что это Тиритака, упоминаемая Клавдием Птолемеем. И только в наше время, во второй половине 30-х годов, один из крупнейших советских археологов В. Ф. Гайдукевич отождествил открытое и описанное П. Дюбрюксом городище с городом Илуратом, также упомянутым в «Географии» Клавдия Птолемея. Лит.: Игорь Шургая. // У истоков боспорской археологии.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*