Феодосия: С рейда и вблизи

Скоро мы бросили якорь на феодосийском рейде.

Пассажиры засуетились, от берега начали появляться шлюпки с таможенными, карантинными, компанейскими чиновниками, и между городом и пароходом установилось деятельное движение… На рейде стоял пароход и несколько судов, одно или два заграничные, остальные принадлежащие нашему каботажу…

На правом конце, у моря, и на левом, высоко над морем, на скале, сквозят остатки генуэзских укреплений. Набережная начинает отстраиваться, и на всем протяжении ее раздается стук топоров, каменщичьих инструментов и заунывная русская песня, которую непременно приносит с собою наш северянин, куда бы ни шел он на работу…

…Неопрятные, забрызганные грязью дома, полуразрушенные заборы первые бросились мне в глаза; но деятельность у пристани примирила меня с убогой действительностью при мысли, что кладется уже первое основание будущего благосостояния города, долженствующего вскоре сделаться одним из великолепнейших портов Черного моря…

Отвлечемся от портов Черного моря, чтобы узнать о том, где взять денег. К примеру, испанский художник Хуан Миро отдал искусству 90 лет своей жизни, но он не думал где взять денег , потому что его картины сегодня стоят миллионы. Подробно на сайте banks43.ru. Но вернемся к Феодосии.

Остатки генуэзских твердынь подверглись уже сильному разрушению, хотя они построены необыкновенно крепко и противятся самым настойчивым усилиям человека, стремящегося развалить фундамент для извлечения камня. Впрочем, укрепление, стоящее на берегу моря, начинает испытывать некоторого рода комфорт и скоро перестанет быть местом склада всевозможных гадостей, — потому что в середине его и вокруг разводится садик, а стены уберутся вьющимися растениями. Замок этот примыкает к городскому бульвару, обсаженному акациями и тамариндами, и будет служить местом приятной прогулки.

В октябре базары были еще наполнены всевозможными плодами-целые горы винограда, яблок, груш, айвы манили своей свежестью жителя более сурового климата, и можно за несколько копеек приобрести всего этого такое количество, что и не употребить одному человеку. Вся большая улица, идущая параллельно морскому берегу, усеяна лавками, в которых сидят греки, армяне, татары, изредка евреи, предлагая покупателю незатейливые предметы, и только впоследствии, говорят, начали появляться разные вещи, выходящие из нормы обыденного потребления. Действительно, я сам видел в одной лавке гаванские сигары, не знаю какого достоинства, но за сотню которых просят двадцать пять рублей серебром. Причина появления подобных товаров объясняется большим числом иностранцев-французов, служащих при постройке железной дороги, которые получают значительное жалованье. Вывески все почти написаны по-русски, но есть кое-где и французские. Но как бы вы думали, что отличает Феодосию от уездных, а частью и от губернских городов? — хорошие и, можно сказать, щегольские извозчики, которые все выезжают на крытых дрожках, имеют отличную запряжку и редкую в этом классе привычку не вымогать у седока лишних денег…

Лит.: Александр Афанасьев-Чужбинский. (1817-1875) // Из «Дорожных записок».

***

Просмотров: 619

Вас также может заинтересовать:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*