Я не имею возможности сообщить подробности о том, что было найдено в этой группе курганов лицами, которые вели раскопки после Бларамберга. Знаю только, что в 1834 г. на них обратил внимание Карейша. Его поиски увенчались открытием нескольких прекрасных этрусских ваз с фигурами, и в момент моего возвращения с Кавказа, в месяце июле того же года, он предложил мне раскопать несколько курганов, чтобы, по крайней мере, дать мне представление об их внутреннем устройстве. Сдержать обещание было нелегко; большую часть курганов, которые мы обследовали, уже посетили до нас; и требовался огромный опыт Карейши, чтобы обнаружить нетронутую гробницу. Среди тех, что мы открыли 11 июля, две, на мой взгляд, заслуживают особого описания, не по причине их богатств — мы нашли там лишь несколько малоинтересных ваз, — а по их внутреннему расположению и древности. Насыпь первого была едва заметна, и сглаженные склоны уже свидетельствовали о глубокой древности . Гробница, расположенная в центре кургана, была просто высечена в белом третичном керченском известняке; внутри она имела около 8 футов длины, 3,5 фута ширины и 3 фута глубины. Ее кровля была сложена из больших плит керченского ракушечника. Туда поместили семью из трех человек, головами к востоку. В ногах гробницы, в углу была прислонена амфора, форму и размеры которой я привожу в IV серии, лист VII, фиг. 8. Она была наполнена вином с о-ва Фасос, если я верно прочел немного странно расположенные буквы печати, которую изготовитель Аристодам поместил на своем произведении. Буквы относятся ко времени Перисада, то есть к IV в. до нашей эры. Рядом с амфорой находился кубок с двумя ручками, предназначенный для возлияний и похожий на золотой кубок26 из гробницы Куль-Оба, а также на бронзовый кубок, который полковник де Боссе преподнес музею Невшателя (он происходит с о-ва Саме, Кефаления близ Итаки). В кубок дружеская рука опустила маленький флакон для благовоний, который мы обычно называем, возможно, ошибочно, слезницей, лакриматуаром. Мы нашли близ головы, фиг. 3, два других флакона с маленьким сосудом, похожим на солонку: я отмечаю ее только потому, что она той же формы и величины, что и те, которые полковник де Боссе открыл в катакомбах о-ва Саме. Все они из т. наз. этрусской глины, покрытой черным лаком. Остатки большой слезницы, разбитой, несомненно, при повторном вскрытии гробницы для положения туда тела, были рассыпаны по всем углам. Из металлических предметов мы нашли только два медных кольца, но время их так окислило, что было невозможно различить то, что было награвировано на овальном щитке. Гробница, которую мы открыли 8 июля, отличалась от первой тем, что тело было положено головой к западу и ногами к востоку. В остальном она также была вырублена в известняке и перекрыта одной плитой керченского камня без какой-либо надписи: сверху скопилась на 4—5 футов толщины земля насыпи. Из всех сокровищ мы нашли пять небольших слезниц, расположенных вокруг головы. Судьба нам не благоприятствовала: мне не удалось присутствовать при открытии прекрасных античных ваз, которые мне так хотелось бы наблюдать на месте, подле мертвого тела. Лит.: Дюбуа де Монпере Фредерик. Париж, 1843 г. // Путешествие в Крым. // Перевод с французского Т.М. Фадеевой.

***

Советы по ремонту: как провести электропроводку в доме и установить розетки.