Мак-Магон М.Э.: штурм Севастополя 27 августа (8 сентября) 1855 года

Приступ решено было начать ровно в полдень. «К восьми часам [утра] – докладывал Э. Пелисье своему министру, – было взорвано перед Центральным (пятым) бастионом две мины, каждая во 100 кг пороху, и тогда же, впереди Малахова кургана, поднято на воздух три фугаса в 1500 килограммов пороху, дабы пробить русские подземные галереи».

«В полдень, – продолжал Пелисье, – все наши батареи прекратили огонь. По знаку своих военачальников, дивизии Мак-Магона, Дюлака и Де-Ламотт Ружа вышли из траншей… Наши храбрые солдаты кинулись на неприятеля…».

Что же в это время происходило на русских позициях? Председатель Комитета по восстановлению памятников Севастопольской обороны 1854-1855 гг. А. Зайончковский в 1904 году писал о штурме города 27 августа (8 сентября) 1855 года: «С утра началась по всей линии сильная канонада, которая к 1 1-ти часам постепенно ослабла. Люди начали на бастионах обедать и никто в такое время не ожидал начала штурма. Как вдруг, ровно в полдень, вся линия неприятельских батарей снова сверкнула залпом». Поскольку позиции французов, с внешней стороны люнета и редутов, находились очень близко к подножию Малахова кургана, их бросок наверх, на гребень, оказался неожиданным и стремительным.

С особой выразительностью события этого дня переданы в походных записках русского штабного офицера П. Алабина. Вот что он увидел с высокого плато Северной стороны: «Будто в смертной агонии трепетал Севастополь. Потоки пламени лились из него. Казалось, растопились камни его развалин… Вот второй бастион. Господи! Он в руках французов. Враг валится рядами, но остальные бегут дальше. Французы уже заняли вторую оборонительную линию, уже Ушакова балка наполнена ими».

Далее русский офицер «глянул на часы: было двенадцать. Половина Малахова кургана была уже в руках французов. Доказательством тому служила линия батальонного огня, пополам перерезавшая бастион, и французское знамя, проявлявшееся сквозь клубы дыма, обвивавшего Малахову башню. Роковая весть о начале штурма, – сокрушенно продолжал П. Алабин, – мгновенно разнеслась по бастиону [Малахова кургана]. Ясно видно было, как лезли на него зуавы [гвардейцы, прошедшие Алжир.], становясь на спину согнувшегося товарища и подсаживая третьего; видели, как упал на Малаховой башне синий [российский] флаг, означавший «Нападение…».

Между тем, атаки англичан в центре, на позиции третьего бастиона, захлебывались одна за другой. Об этом, с нескрываемым уважением к русским, сообщал своим родным адъютант 95-го полка французов: «Неприятель (русские), приведенный в замешательство стремительностью атаки, повсюду уступил, но русские офицеры, живо придя в себя, собрали своих солдат и с беспримерным мужеством бросились вперед. Борьба приняла ожесточенный вид с обеих сторон. Никто из сражающихся не хотел уступить ни пяди земли!.. На всех пунктах атаки левого фланга у 3-го бастиона (это англичане) и нападения на правый [фланг] наши колонны должны были возвратиться [туда], откуда первоначально пошли на штурм. Малахов, один только Малахов остался в наших руках. Три раза русские резервы бросались на наших воинов, но три раза храбрая дивизия Мак-Магона и не менее доблестная бригада Вимпфена отбивали их атаки». В действительности, русские контратаковали семь раз. На Малаховом в тот день геройски погибли два русских генерала – В. X. Буссау и Д. С. Юферов.

Просмотров: 1,012

Вас также может заинтересовать:

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*
*